timur_nechaev77 (timur_nechaev77) wrote in cinik_ru,
timur_nechaev77
timur_nechaev77
cinik_ru

Интервью с Андреем Кураевым (часть 1)

Часть 2 здесь


via diak_kuraev

- Отец Андрей, ваши и до того непростые отношения с церковным руководством перешли на новый уровень: выражаясь светским языком, вас подвергли серьезному дисциплинарному наказанию. Кстати, это вообще обычное дело, обычная ситуация в РПЦ, когда епитимью на дьякона накладывает патриарх?

- Патриарх - это в первую очередь епископ города Москвы. То есть мой непосредственный начальник. Поэтому в его распоряжении ничего удивительного нет.
Дальше: поскольку церковь не полицейское ведомство, в ней существует только две формы наказания - понуждение к молитве и понуждение к немолитве.
В данном случае прибегли к более мягкому средству - не запрет в служении, а понуждение к нему.
Отсюда один частный вывод и два глобальных вопроса.
Частное определение: стратегия игнорирования, незамечания меня, судя по всему, прекратилась. В последние годы в Патриархии считали ниже своего уровня публично реагировать на какие-то мои реплики, суждения, оценки. Теперь же мы видим некую реакцию, означающую, что в каком-то качестве я в их мире все-таки присутствую.
Вопросы же не к патриарху, а ко всей нашей многовековой православной традиции:
Первый - почему молитва считается наказанием? Тем более самая радостная церковная молитва – литургия? Не странно ли - наказывать клирика пасхальной молитвой?
Второй - ежедневная служба и вправду утомляет и физически и психологически. Если же церковное начальство знает это (и потому прибегает к понуждению к службе как к наказанию) – как оно это знание совмещает с риторикой о том, что «в молитвах – источник силы»?

- Как долго продлятся эти ваши "исправительные работы"?
- Поскольку для священнослужителей не существует никакого трудового или исправительного кодекса, срок в принципе может быть любым. Но пока сказано: сорокоуст, сорок литургий.

- Поскольку я не большой знаток церковных обычаев, то перед нашей встречей заглянул во всезнающую, хотя порой и ошибающуюся, "Википедию". И там сказано, что "в настоящее время в православии епитимья налагается редко и в основном на тех, кто упорствует в каком-то грехе". Верная трактовка?
- Верная. Никто, правда, мне не объяснил, в чем я должен каяться. Никакой указивки я на руки не получил. Просто позвонил телефон и голос, похожий на голос епископа, сообщил, что я должен прибыть в Новоспасский монастырь.

- Но свое объяснение этому, своя версия, у вас наверняка имеется.
- Да, общие причины мне более-менее понятны. Очевидно, что это наказание за мою публицистическую деятельность. Когда в 2014 году меня увольняли из академии, формулировка была: "за эпатажные высказывания в Интернете и масс-медиа". Хотя можно вспомнить немало церковных деятелей, которые высказывались гораздо более эпатажно.

- Некоторых из этих деятелей тоже уволили. Например, вашего заклятого оппонента Всеволода Чаплина, лишившегося поста руководителя Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви и общества. Кстати, в связи с этим возникла версия, согласно которой церковное руководство избавляется от любых крайностей - что на либеральном, что на консервативном фланге. Правомерно такие видение ситуации?
- Не правомерно. Когда меня называют либералом, я всегда спрашиваю: по каким критериям вы меня к ним причисляете? По меркам, скажем, Западной Европы, я ужасный мракобес. В РПЦ есть священники, которые куда более либеральны, чем я. И есть более правые, чем Чаплин. И все они высказываются без негативных для себя последствий. Так что, нет, дело не в принадлежности к какому-то политическому лагерю. Дело в эмоциональной сиюминутной реакции патриарха. В моем случае, убежден, это была реакция на текст, размещенный в моем блоге в конце декабря 2013 года. Поясню, что, когда я начал писать о проблеме педофилии среди церковных иерархов, у многих церковных людей это вызвало настоящий взрыв мозга. Они не могли поверить, что такое может быть. Причем аргумент был замечательный: ведь это же запрещено церковными канонами! По этой логике, раз у нас что-то запрещено светскими законами, то не должно быть и преступников... И тут мне приходит письмо одного пожилого человека, не скрывающего, что он является гомосексуалистом.

Этот человек писал, что ему не понятно, почему патриарх Кирилл, умнейший человек, настроен против геев, ведь его учитель, митрополит Никодим Ротов, был из "наших". Все мы, мол, знаем, что Ротов входил в ленинградскую гей-тусовку. Вообще это было очень интересное письмо, неординарное, человеческое. И я как человек с историческим вкусом счел, что нельзя такой текст выбрасывать на помойку. И опубликовал его. Именно это, упоминание Никодима в таком контексте, вызвало тогда гнев патриарха. Люди из Патриархии мне говорили, что это сорвало его планы по канонизации Никодима. Всё уже было готово для причисления патриаршего наставника к лику святых, но эта публикация оживила старые церковные слухи. А репутация у митрополита в годы его служения (60-е - 70-е годы) и в самом деле была настолько определенной, что в церковной среде возник «мем» - "никодимов грех".

- Можно предположить, что ваше нынешнее наказание связано с последними вашими усилиями в том же направлении. А именно - со скандалом, разразившемся после того, как вы предали огласке информацию о случаях педофилии в Тобольской семинарии.
- Нет, думаю, что дело не в этом. Разговоры о том, что что-то такое для меня готовится, пошли еще зимой, до тобольского скандала.

- Ходили слухи, что вас собираются вовсе лишить сана.
- Не могу исключить наличие у Патриархии таких планов. Вполне вероятно сценарий был таков: отправим Кураева в монастырь, он откажется, и это будет каноническим поводом для того, чтобы лишить его сана. Но я решил не давать такого красивого повода. К огорчению некоторых священников, которые хотели увидеть бой кита со слоном.


- Тобольская митрополия квалифицирует обнародованные вами свидетельства как "ложный компромат", "анонимные вбросы", не имеющие "никакого юридического обоснования". Лица, которым вы дали трибуну, действительно безымянны. Известны ли их имена вам самому?
- Мне - да. Но предпочел бы не назвать их по крайней мере до начала судебных прений. Да, мне как публицисту очень хочется доказать свою правоту. Но к этому торжеству нельзя идти через человеческие судьбы. Для того, чтобы раскрыть имена этих людей, я должен быть уверен в том, что это не причинит им вреда. После того, как по ним проехался митрополит, мне негоже вторично давить их судьбы.

- А как далеко, кстати, продвинулось следствие?
- Не могу сказать. Знаю только, что процессуальные действия начались в середине апреля, после того, как в тюменское управление Следственного комитета пришло письмо, аналогичное тому, которое опубликовано у меня. Я тоже не так давно давал показания по этому делу - приглашали в московский офис СКР. Кое-чем я поделился со следователями, передал им некоторые материалы.

- Сверх того, что опубликовано в вашем блоге?
- Да.

- Вновь процитирую пресс-службу Тобольской митрополии: "За 26 лет через Тобольские духовные школы прошли более 1600 учащихся – юношей и девушек – и, конечно, могут найтись недоброжелатели из числа не вписавшихся в регламент учебных заведений, которые могли бы подобным образом попытаться как-то навредить и школе, и ее руководству". А вы сами уверены на сто процентов, что это не клевета, вызванная какими-то каким-то сугубо личными мотивами?
- В отношении по крайней мере одного свидетельства уверен на сто процентов. Потому что этот человек не находится в конфликте ни с Патриархией, ни с епархией. Более того, у него есть основания по жизни быть благодарным Димитрию Капалину (митрополит Тобольский и Тюменский, главный фигурант сексуального скандала. - "МК"). Кстати, процитированное вами заявление производит довольно странное впечатление. Епархиальные чиновники как бы заранее стелют себе соломку. Они не говорят, что свидетелей нет и быть не может. Они говорят, что бывают разные люди и некоторые могут мстить. Значит, предполагают, что свидетели и пострадавшие есть. Вторая интересная деталь: по словам пресс-секретаря митрополии, решение подавать или нет на Кураева в суд, зависит от результатов следственных действий. То есть они не верят тем картам, которые у них на руках. Боятся, что у Кураева все же есть прикуп.

- А у Кураева есть прикуп?
- Ну, как я уже сказал, я опубликовал не все, что мне известно.

- Патриархия проявила какой-либо интерес к тому, что происходит за дверями Тобольской семинарии?
- На официальном уровне нет. Про какие-то действия на неофициальном уровне мне пока тоже ничего не известно. И, как подсказывает мне мой опыт наблюдения за такими процессами, ждать этого не стоит.

- А в Тобольске произошли какие-то перемены. Митрополит Димитрий перестал ходить в баню с юными семинаристами и приглашать их к себе на ночевки?
- Если в тамошней бане и есть видеокамера, то я к ней не подключен. Интересно, что в свежем докладе Фонда "Петербургская политика" утверждается, что рейтинг социально-политической устойчивости Тюменской области потерял одну десятую и получил в апреле 7,8 балла. Причиной стал скандал из-за обвинений митрополита Тобольского и Тюменского Димитрия в педофилии. (https://tumix.ru/news/25584/obvineniya-v-pedofilii-tyumenskogo-mitropolita-povliyali-na-rejting-tyumenskoj-oblasti).

- Ваша борьба с сексуальными девиациями в церковных рядах и с тем, что вы впоследствии назвали "гомосексуальным лобби в РПЦ" длится уже, наверное, лет пять можно подвести какие-то итоги? Что удалось, в чем вы потерпели неудачу? Изменилось ли что-то за эти годы?
- Ну, что изменилось... Первое: судя по полушутливым жалобам, которые я слышу от епископов, жить им стало сложнее. "Народ, - говорят, - на нас косится и нас подозревает". И это хорошо. Если клирик ни к чему такому не причастен, подозрения ему нисколько не вредят и не ограничивают его жизнь и деятельность. Если же какая-то причастность есть - пусть даже на уровне снов и мечтаний, - оно сдерживает его активность в этом направлении. И тем самым судьбы каких-то молодых людей сберегаются в чистоте.

Второй плюс - то, что молодые люди и их семьи тоже предупреждены и поэтому не всем улыбкам и не всем подаркам верят. Что также означает меньшее количество сломанных судеб.

Третье - снято табу на разговор на эту тему. Пока проблема табуируется, пока о ней нельзя даже говорить, она и не может быть решена. Все это уже неплохой результат.

Никакого эпического финала эта история, понятно, не получила - всерьез никто не наказан, не изгнан. Но я и не ждал чисток. Я рассчитывал всего лишь на карьерный стоп-кран. Достаточно не продвигать по карьерной лестнице тех людей, в отношении которых имеются соответствующие подозрения. В конце концов, это ведь не относится к числу общечеловеческих прав - быть епископом. Вот, я, например, не епископ - и что? Я не считаю, что мои права этим ущемлены. Должны быть определенные запреты на профессию. Если вы хотите продвинуть какого-то человека, посмотрите форумы в том городе, где он живет и служит, опросите местных священников. Ведь наш "профсоюз" очень маленький - все у всех на виду. Соберите информацию и откажитесь от презумпции невиновности, даже к слухам отнеситесь всерьез. Ведь речь, повторяю, идет не о суде, а всего лишь о карьерном росте.

Особенно внимательно надо присматриваться к тем клирикам, которые проявляют интерес к молодежной и детской работе. Вот в Норильске три года назад был странный случай: два местных монаха стали ходить по школам и читать старшеклассникам лекции на темы сексуального просвещения. Ну, как это можно нематерно прокомментировать?! 25-летний монах рассказывает подросткам про секс! Замечательно! Когда, скажем, в Американской православной церкви стали выплывать наружу подобные скандалы, их синод тут же разработал строгий протокол: что можно, а чего нельзя священнику в общении с детьми. Вплоть до того, что, когда воскресная школа едет на экскурсию, священник не имеет права находиться в автобусе один со школьниками. Должен присутствовать еще кто-то из взрослых. И это нормальная здравая реакция.

А католики с недавних пор взяли за правило тестировать у психолога абитуриентов семинарий. Именно на эту самую тему. Ладно, для нас, может быть, это не так актуально, поскольку большинство священников женится. Но почему не подвергать такой проверке кандидатов в наместники монастырей, ректоров семинарий, епископов? Ничего этого, к сожалению, нет. Реакция патриархии скорее даже обратна ожидаемой: мощным потоком на повышение идут люди с репутацией не то сомнительной, не то несомненной.


- Насколько за эти годы изменились сами ваши представления о явлении, которое вы взялись выводить на чистую воду?
- Что это явление в церкви более распространено, чем хотелось бы, я знал и до того. Но сейчас пришел к выводу, что это не просто личные грехи отдельных людей. Это вопрос системы. До некоторой степени даже вопрос богословия. Ведь, по большинству рассказов, геирархи не заказывают свои утехи по интернету, а растлевают подчиненных.
Как им это удается? Вот представьте себе: некий мальчик с религиозным призванием, с сильной религиозной мотивацией поступает в семинарию или уходит в монастырь. Он знает, что Священное Писание содержит очень жесткие оценки гомосексуализма. Соблазнить такого мальчика на этот грех очень сложно. Прежде, чем получить доступ к его телу, нужно развратить его мозги. Должны быть своего рода кумулятивные снаряды, прожигающие богословскую защиту. Поэтому в этой среде существует своя школа гомобогословия, толкующая Священное Писание с извращенной точки зрения. Гомосексуальный подтекст, к примеру, усматривается в том, что Иисус называл Иоанна Своим любимым учеником, а тот во время Тайной вечери лежал у Него на груди.

- Подобное толкование можно встретить сегодня только в устной или даже в современной богословской литературе?
- В протестантизме это уже и в литературе.

- Эта школа существует в рамках Русской православной церкви?
- Не только. В других православных церквях я слышал аналогичные истории соблазнения. Один из знакомых священников выдвинул интересную гипотезу о существовании внутри православия секты, корни которой уходят ко временам древних гностиков. Эта секта официально была разгромлена еще в византийскую эпоху, но в истории культуры и религии никакое явление не умирает бесследно. Оно может мутировать, притворяться, мимикрировать, но как-то продолжать свою жизнь. У гностиков очень своеобразное понимание темы "плоть и спасение": душа и тело настолько чужды друг другу, что деяния плоти никак не затрагивают полета души.
Поэтому некоторые их ритуалы вызывали оторопь даже у единоверцев. Например, в известном гностическом тексте "Пистис София", написанном где-то в III веке, с осуждением говорится о том, что некоторые из "наших" пьют на собраниях смесь из спермы и менструальной крови. Это, между прочим, не просто хулиганство, а серьезный философский жест. Дело в том, что для гностиков самым страшным грехом было деторождение. Нельзя, мол, кусочек Бога (душу) заключать в тело обезьяны. Поэтому таким действием они давали весточку своим богам: смотрите, детородные жидкости мы используем не по назначению - никого не зачинаем, и, значит, мы святы...

- Нет у вас, кстати, планов написать книгу на эту тему?
- Были планы, отговорили. Отговорили по одной простой причине - эту книгу возьмет на вооружение эта самая секта. Если я соберу и опубликую все их уловки, моя книжка станет для них учебным пособием по соблазнению.

- По версии исследователя Николая Митрохина, гомосексуализм в церкви - это не отклонение от нормы, а, собственно, сама норма. Он выделяет три основных социальных типа духовенства, одним из которых как раз являются геи: "Если не обращать внимания на гомофобную риторику официальных лиц РПЦ, на практике для гомосексуалов РПЦ - это довольно открытый и дружелюбный мир". Молодой человек с нестандартной ориентацией, отвергаемый сверстниками, "находит теплый прием в храме" и быстро начинает делать здесь карьеру. Как вам такой взгляд на природу явления?
- Правда тут в том, что в Средние века и Новое время монастыри как католиков, так и православных, были настоящим убежищем для гомосексуалистов. Тогда были приняты ранние браки, и безбрачный человек в миру был слишком странен. Монастырь давал таким людям укрытие: сделай вид, что любишь Христа, уйди в монастырь, и там ты сможешь встретить себе подобных. Церковь предлагала гомосексуалистам отказаться от того, что для них не имело ценности - от гетеросексуального брака - а взамен предоставляла уважаемый образ жизни, доступ к деньгам и карьере и просто к гарантированной еде (да, в Византии начала второго тысячелетия рацион монаха был лучше, чем рацион среднего крестьянина). Что еще надо?

Результаты с точки зрения христианской этики были страшными. Есть, скажем, в православии такая полузапрещенная книга - "Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого Афонского". Сам Нил, как предполагается, жил в XVII веке, книжка впервые вышла в начале двадцатого.

Согласно сюжету, некоему афонскому монаху в начале 19 века является в видениях Нил Мироточивый и дает духовные наставления. Скорее всего, это просто такая литературная форма: чтобы автора услышали, автор начала 20 века решил заговорить чужим голосом и под видом обличения монахов столетней давности описал современные ему нравы, то есть дал картину жизни афонских монастырей начала XX века.
Картина жуткая. Из самого безобидного - то, что афонские монахи платили деньги крестьянам соседних деревень, чтобы те вместо них читали молитвы. А дальше идет целая глава о том, как старцы совращают юношей в своих кельях ("Воззвание о хранении себя от сообращения с безбрадыми"). Причем очень точно показаны психологические последствия: совращенные юноши начинают потом командовать своими старыми любовниками. Книга у нас обычно переиздается с купюрами, и эта глава опускается.

- Но тогда получается, что вы и впрямь боретесь с устоями.
- Одно дело - дать человеку убежище, и совсем другое - власть над собой. Это, согласитесь, не одно и то же. Хочу подчеркнуть, что с точки зрения современного права домогательство начальствующего лица к подчиненному - это преступление независимо от пола и возраста жертвы. Они могут быть ровесниками, подчиненный может быть даже старше своего начальника, но использование власти для удовлетворения своей похоти - преступление в любом случае.

- В фокусе вашего внимания находятся не только случаи, выходящие за рамки законопослушного поведения, но и содомский грех как таковой, с точки зрения светской морали и светского права нынче вполне допустимый. Как говорил классик, нельзя жить в обществе и быть свободным от общества. Может быть, вы все-таки чересчур строги к коллегам по корпорации?
- Что мешает этим людям создать свою РПЦ - русскую педерастическую церковь? Пусть создают. Пусть у них будет своя паства, будут встречи убежденных и по-своему честных людей. А я со своей стороны обещаю не рисовать никаких гадостей на стенах их собраний.
Снятся людям иногда
Голубые города:
Соберутся педерасты –
И уедут навсегда…
Я за свободу совести, но мне не нравится ложь. Конечно, никто не бывает ежеминутно правдив. Но не надо делать ложь системой и ключом к карьерному лифту.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments