timur_nechaev77 (timur_nechaev77) wrote in cinik_ru,
timur_nechaev77
timur_nechaev77
cinik_ru

Category:

Слово принадлежит каждому, кто его берёт



Опасный момент наступает тогда, когда внутри системы больше не нужна пропаганда, потому что все и так унифицировано. Ханна Арендт**Известный немецко-американский философ, политолог и историк ХХ века, автор книги «Истоки тоталитаризма». различает государственную доктрину, которая уже не нуждается в пропаганде, и чистую пропаганду для внешнего мира. Все речи, песни, крики и танцы за пределами этой пропаганды должны быть форменным образом раздавлены, и поэтому мы должны отвечать контрдавлением извне — те, кто просто не может на это смотреть, не могут выносить этого. И вот мы стоим и тоже кричим (танцы и пение даются хуже, во всяком случае мне), хотя мы не граждане этого государства, которое, преследуя трех молодых женщин — две из них матери маленьких детей, что ты скажешь на это, Пресвятая Дева? у тебя отняли сына, только когда он вырос! — сделало шаг навстречу ужасу, если оно в этих поющих, кричащих, танцующих молодых женщинах увидело нечто вроде объявления войны. А еще тут есть ассистентка, некто вроде злой медсестры, Церковь, это гигантское чучело (к сожалению, уже и на Западе заговорили о богохульстве как о правонарушении, я не могу в это поверить! не могу понять!), которое протискивается между власть имущими, машет раззолоченными хоругвями и говорит о «хулиганстве по причинам религиозной ненависти», а вот это я уже называю безбожным союзом! От этого союза до выступления кровавых бригад против людей, которые думают иначе, чем власть имущие, и потому должны быть избиты, осталось уже немного.
В стране кладбищенского покоя, концлагерей, тюрем, исправительных колоний уже не нужна пропаганда, потому что страна достигла высочайшего совершенства террора. В нацистских концлагерях пропаганда была вовсе запрещена, перед живыми мертвецами она была бы расточением времени и энергии, расточением энергии, которую все-таки нужно учитывать, когда убиваешь и живодерствуешь. Пропаганда — это важнейший инструмент в общении с внешним миром, но террор — это глубочайшая, сокровеннейшая суть тоталитарного господства. Он — это все, что есть. Это нужно предотвратить.
Когда я все это написала, я не могла себе представить, что дело дойдет действительно до приговора этим женщинам. Для меня это было немыслимо. И поскольку милостивый царь Путин публично объявил, что он будет доволен и мягким наказанием (но наказать-то нужно, не так ли?! «всего» по два года на каждую), потому что он, видимо, считал, что ему уместно повлиять на приговор, которого без него бы и не было, тогда, в начале процесса, я не опубликовала этот текст, чтобы не повредить этим трем женщинам. Теперь вред им уже причинен. Теперь хотя бы я больше не могу им навредить (и, к сожалению, не могу помочь). Я могу только написать это. Мне это позволено.
Заключение этих трех молодых женщин (и условия их заключения, которые, очевидно, граничат с пыткой и так ими и называются) означает своего рода временной узел. Страна еще может вернуться обратно, на территорию права, за которое всегда нужно бороться, да, пением, дрожью, танцами, криками, все равно чем, всем, что может быть увидено и услышано. Но если этих трех Pussy Riot действительно должны посадить за решетку, то Россия посадит за решетку саму себя. Тогда танцпол все равно, где бы он ни находился — а он может находиться где угодно и даже должен! — будет закрыт. И тогда начнется другой танец, который мне уже сейчас внушает чудовищный страх. Никто уже не сможет сказать тогда: я не знал. Потому что то, что было однажды, должно быть осознано навсегда. А однажды у нас уже было. И не однажды".

http://newtimes.ru/articles/detail/56328/
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment