timur_nechaev77 (timur_nechaev77) wrote in cinik_ru,
timur_nechaev77
timur_nechaev77
cinik_ru

Category:

Терзания Святого Иоанна

«О, как ты ужасен, Лев Толстой, порождение ехидны»
(Святой Иоанн Кронштадтский)




Любопытный очерк о душевных муках Святого Иоанна Кронштадтского. Очень напоминает терзания современного попа abbatus_mozdok (см. пост "Поповские страдания. Поцелуи"). Цитата из книги Надежды Киценко об Иоанне Кронштадтском: "Одна из основных причин нервозности о. Иоанна, когда он пытался искоренять пороки своих прихожан, — положение священника в тогдашней России. Противоречие между уважением самого пастыря к своему сану и статусом, который священник на деле занимал в российском обществе, проявлялось на каждом шагу.



Чаще всего оно возникало в такой повседневной ситуации, как благословение. Согласно православному уставу, священник или епископ должен был поднять руку, перекрестить в знак благословения и завершающим жестом протянуть руку благословляемому мирянину для приложения. Соответственно мирянин должен был склонить голову перед священником или епископом, скрестить руки на груди и затем поцеловать протянутую духовным лицом руку.



Несмотря на то что процедура благословения именно так и выглядела в теории, на практике в XIX в. она стала означать уже нечто совершенно иное. Многие представители высшего общества и интеллигенции, якобы православные, не могли заставить себя целовать руку кому-то, кто, по их мнению, занимал более низкое положение в обществе (или отказывались это делать просто из принципа). Многие священники смирились с таким отношением и старались не давать благословения, если только их особо не попросят, что тонко отобразил Н. С. Лесков в романе «Соборяне».



Напротив, о. Иоанн стремился благословить практически каждого и приходил в ярость, когда встречал отказ. В случаях, когда мирянин не целовал ему руку и буквально оставлял ее висеть в воздухе, пастырь воспринимал это как пренебрежение и знак неуважения к его сану. «Священник должен знать, кому подавать руку, и особенно не подавать ее молодым благородным дамам», — писал он в дневнике за 1867 г.



Он был настолько разгневан людским пренебрежением к его благословению, что сочинил молитву-проклятие на церковнославянском языке, в которой заклеймил гордецов. …Особенно невыносимым для него было то, что он часто чувствовал неловкость во время служения в храме. Присутствие генералов, чиновников, богачей и хорошо одетых дам повергало его в трепет. Его ужасало, что он чувствует себя спокойно и уверенно перед простыми людьми, а перед образованными мирянами, не обладающими духовной мудростью, испытывает чувство ложного стыда и страха. Он начинает сомневаться в истине некоторых выражений в молитвах, конфузиться и бояться произнести «слова Господа и слова нашей Матери Церкви».



Сознание того, что он «предает» Христа и Богоматерь, внутренне съеживаясь из-за присутствия на литургии «архиереев, протоиереев, разных чиновных — светских, военных, школьных — богатых и знаменитых», подавляло о. Иоанна. (Кстати, примечательно, хотя и неудивительно, что высокопоставленное духовенство действовало на него не менее обескураживающе, чем великосветские миряне. Он ни на минуту не забывал, что его отец — дьячок, а не рукоположенный дьякон или священник и что он стоит очень низко в неофициальной иерархии православного духовенства.)



… О. Иоанн испытывал глубокий стыд и гнев за то, что при всем осознании дистанции между собой и высокопоставленными членами общества он тем не менее тянулся к ним больше, чем к бедным. Отчасти это связано просто-напросто с тем, что священники могли рассчитывать на материальную помощь от богатых. Кто-то начинал служить в более благоприятных условиях, кто-то получал большее вознаграждение за труды, кому-то могли предложить отличную трапезу и бокал вина после службы.



О. Иоанн, как и всякий бедный священник, был весьма подвержен подобным соблазнам, но, по крайней мере, сокрушался об этом. Как он виновато замечал в 1868 г., «когда богатый зовет на крестины или молебен, поспешаешь с удовольствием, особенно если ждешь угощения после совершения требы; когда же бедняк просит крестить своего ребенка в церкви после литургии или отслужить молебен, раздражаешься и сердишься".



Об авторе книги про Иоанна Кронштадтского, Надежде Киценко. Одна из её лекций (Надежда Киценко выступает с 4 мин. 15 сек.):



P.S.
Эпилог. Опись имущества праведника.
===============================================
"После смерти Иоанна Кронштадтского, в его квартире было найдено и оценено следующее:
Наличные деньги - 13 000 рублей
Процентные бумаги - на 69 рублей
Золотые монеты - 125 штук
Золотые и серебряные пуговицы - 70 штук на 125 рублей
Ордена и медали - 30 штук на 590 рублей
Золотые цепочки - 8 штук на 202 рубля
Наперсные золотые кресты с украшениями и драгоценными камнями - 28 штук на 434 рубля
Часы золотые - пять штук на 262 рубля
Иконы в серебряных и золотых окладах - 89 штук на 4 447 рублей
Церковная утварь - 146 штук на 1211 рублей
Евангелия в золотых и серебряных окладах 19 штук на 547 рублей
Подстаканники серебряные - 96 штук
Ложки серебряные - 34 штуки
Альбомы в серебряных окладах - 38 штук
Полотняные рубашки - 342 штуки
Кальсоны - 124 пары
Шелковые носки - 281 пара
брюки - 31 пара (четыре пары на пуху)
Сапоги - 53 пары
Туфли - 18 пар
Шляпы - 30 штук
Галстуки - 34 штуки
Подрясники - 41
Рясы муаровые - 31
Посохи и зонты - 11 штук
Меховые шубы - 4 штуки"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments